Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:42 

театральные байки

Однажды в "Евгении Онегине" секундант перепутал пистолеты и подал заряженный Ленскому. Ленский выстрелил, Онегин от неожиданности упал. Ленский, чтобы как-то заполнить понятную паузу, спел известную фразу Онегина: "Убит!". Секундант в замешательстве добавил: "Убит, да не тот".

еще 27

14:48 

©

Я лучше знаю, как лучше ©
Еще мы говорили о мальчиках, его и моих, правда у меня их было меньше, зато среди них были русские, а они самые лучшие, убеждала я Костю, у них бывают просветления и помутнения, а у твоих бывают только похмелье и ломка, все предсказуемо.
Русские мальчики кладут голову на руки и глядят исподлобья, в них можно бросить что-нибудь тяжелое и сразу заплакать, французский мальчик, в которого я плеснула вином в разгаре нежнейшего спора, поджал губы, встал и ушел, а русский мальчик снял бы рубашку и бросил бы, а потом и с меня снял бы, в этом весь смысл плескания в мальчиков вином или кофе, говорила я, а Костик не верил.
А еще, говорила я, у русских мальчиков не бывает полых ладоней, и плоского голоса не бывает, и еще - русские мальчики не умеют делать вид, это в них самое лучшее, то есть, они врут, конечно, и даже много поначалу, но, уж если им надоело, они так честно зевают, чешутся и отвечают невпопад, что у тебя есть время разобраться, не надоело ли тебе самой.
Мне бы твои petites miseres, говорил Косточка, делать вид очень гигиенично, я сам делаю вид несколько раз в день, без этого никуда, как без быстрорастворимой любви по утрам, глупая ты, бессмысленная дуся.
Вот чего я никогда не стану делать, так это утренней бессловесной любви второпях, гордо восклицала я. Слова, слова, посмеивался Косточка, никудышный инструмент, мне нужна шершавая фактура, вязкий терпентин, льняное, липнущее к пальцам масло, а больше мне ничего не нужно. Ребрышки текста слишком хрупки, чтобы в них удержалась твоя живая жизнь, говорил он, твои сумрачные радости и благодарные вспышки горя, текст пишется для читателя и наполнять его горячей алой кровью так же неловко, как, скажем, нести плещущую рыбину в куцем пакете из гастронома: несчастны все - и несущий, в облепленном сизою чешуею пальто, и несомый, в быстро убывающем холоде водопроводного отчаяния. Выходит - не пиши о своем, не забалтывай леденцовое слово я, повторенное тысячу раз, оно может исчезнуть, как те слова в детстве, монотонно и долго произносимые – спа-си-бо, па-ро-ход, сча-а-астье, и тебя настигнет радостная потеря смысла, стирание прежней уверенности.
Это потому, что ты не смотришь в лицо, когда занимаешься любовью, говорила я, вот если бы ты смотрел в лицо, как я, тебе нужен был бы текст, молчание тебя остужало бы, что за радость глядеть в напряженное, заячье, розовое лицо и слушать, как поскрипывают износившиеся пружины.
Нет, ты все-таки юная, бессмысленная дуся, говорил Косточка, разумеется, я смотрю в лицо, а куда же я по-твоему смотрю? В то место, откуда у него не выросли крылья?
Зато русские мальчики любят слушать стихи, говорила я, особенно под утро, когда уже нет сил пошевелиться, глаза закрываются, а засыпать жалко, тогда они слушают стихи и спрашивают ревниво, а это ты кому написала? а это?
А ты попробуй почитать им чужие, говорил Косточка, письма римскому другу почитай, они у тебя тоже самое спросят, это все милое постельное вранье, говорил он, у меня вот оскомина от твоих стихов, с первого дня еще, бросай ты это дело, говорил он, рифмы заводят, когда кожа горит и кости ноют от желания, а без этого все твои хореи с ямбами лежат пожухшей тряпочкой, и не взглянет никто.
Все дело в том, говорил он, что ты чувствуешь, когда стоишь за спиной у человека, еще не знающего, что ты вернулся, и смотришь как он переставляет книги, или моет тарелки. Ты стараешься не дышать и ждешь, когда он обернется, но он уже почувствовал тебя и нарочно не оборачивается, ты знаешь, какое у него сейчас лицо и время становится точь-в-точь, как плавающий снег в стеклянной игрушке.

23:16 

Весенний Туман
замначальника департамента глюков и монстров
- "Когда наскучит биться лбом
В дверь нарисованную на стене,
Слушай, наверное я плюну на все?.."

- едва ли, девочка моя, вынужден тебя разочаровать. если помнишь, ты начала с того, что сама себе нарисовала дверь. а ты терпеть не можешь, когда дети твоих рук не используются по назначению.

01:22 

трудный день

Осенний
В нашей местности никогда не было тюрем. Осуждённый сам выкапывал себе камеру. Любого размера, какого только успевал за один день. После чего яму накрывали кожаным настилом и заливали смолой, оставляя только маленькое окошко для еды - нескольких зёрен и кушака воды каждое утро. В ямах не держали слишком долго. Никто не протянет там долго. И я вряд ли протяну. Так… Отдохну немного и попрошусь обратно. Ведь я как рыба на дне океана, как океан на почтовой марке, как космос в уме ребёнка. Меня нет ни на одной карте. Вообще ничего нет. Моя яма в моей голове, и сегодня я лезу туда добровольно.

10 часов на работе х_Х

@музыка: brit pop

@настроение: =\

23:02 

господа порванных крыш

Осенний Дым
Снусмарла Зингер
знаешь, у меня проблемы с телом
вместо костей почему-то пучки сухой ломкой травы
вместо живота - огромная рана
пальцы то удлиняются, то укорачиваются, и всё время грозятся покончить с собой с сухим треском.
знаешь, у меня проблемы:
у тела мучительный запах.
и закончились все нервные окончания.
кости таза выпирают наружу. [я странный набор для супа в столовой номер четырнадцать]
что делать с противным телом?
знаешь, единственный раз в жизни, когда моего тела касались, и я не прокручивал внутри себя судорожно "что этому существу от меня надо? денег? славы? почему он идет на такое геройство - касаться мерзкого конгломерата белков?", и я знал и верил, что меня любят, когда горячо целуют предплечья, мне просто было противно.


@музыка: Рада и Терновник - Голос

23:58 

От окраины к центру

Полная версия


Вот я вновь посетил
эту местность любви, полуостров заводов,
парадиз мастерских и аркадию фабрик,
рай речный пароходов,
я опять прошептал:
вот я снова в младенческих ларах.
Вот я вновь пробежал Малой Охтой сквозь тысячу арок.

Предо мною река
распласталась под каменно-угольным дымом,
за спиною трамвай
прогремел на мосту невредимом,
и кирпичных оград
просветлела внезапно угрюмость.
Добрый день, вот мы встретились, бедная юность.

Джаз предместий приветствует нас,
слышишь трубы предместий,
золотой диксиленд
в черных кепках прекрасный, прелестный,
не душа и не плоть --
чья-то тень над родным патефоном,
словно платье твое вдруг подброшено вверх саксофоном.

В ярко-красном кашне
и в плаще в подворотнях, в парадных
ты стоишь на виду
на мосту возле лет безвозвратных,
прижимая к лицу недопитый стакан лимонада,
и ревет позади дорогая труба комбината.

Добрый день. Ну и встреча у нас.
До чего ты бесплотна:
рядом новый закат
гонит вдаль огневые полотна.
До чего ты бедна. Столько лет,
а промчались напрасно.
Добрый день, моя юность. Боже мой, до чего ты прекрасна.

По замерзшим холмам
молчаливо несутся борзые,
среди красных болот
возникают гудки поездные,
на пустое шоссе,
пропадая в дыму редколесья,
вылетают такси, и осины глядят в поднебесье.

Это наша зима.
Современный фонарь смотрит мертвенным оком,
предо мною горят
ослепительно тысячи окон.
Возвышаю свой крик,
чтоб с домами ему не столкнуться:
это наша зима все не может обратно вернуться.

Не до смерти ли, нет,
мы ее не найдем, не находим.
От рожденья на свет
ежедневно куда-то уходим,
словно кто-то вдали
в новостройках прекрасно играет.
Разбегаемся все. Только смерть нас одна собирает.

Значит, нету разлук.
Существует громадная встреча.
Значит, кто-то нас вдруг
в темноте обнимает за плечи,
и полны темноты,
и полны темноты и покоя,
мы все вместе стоим над холодной блестящей рекою.

Как легко нам дышать,
оттого, что подобно растенью
в чьей-то жизни чужой
мы становимся светом и тенью
или больше того --
оттого, что мы все потеряем,
отбегая навек, мы становимся смертью и раем.

Вот я вновь прохожу
в том же светлом раю -- с остановки налево,
предо мною бежит,
закрываясь ладонями, новая Ева,
ярко-красный Адам
вдалеке появляется в арках,
невский ветер звенит заунывно в развешанных арфах.

Как стремительна жизнь
в черно-белом раю новостроек.
Обвивается змей,
и безмолвствует небо героик,
ледяная гора
неподвижно блестит у фонтана,
вьется утренний снег, и машины летят неустанно.

Неужели не я,
освещенный тремя фонарями,
столько лет в темноте
по осколкам бежал пустырями,
и сиянье небес
у подъемного крана клубилось?
Неужели не я? Что-то здесь навсегда изменилось.

Кто-то новый царит,
безымянный, прекрасный, всесильный,
над отчизной горит,
разливается свет темно-синий,
и в глазах у борзых
шелестят фонари -- по цветочку,
кто-то вечно идет возле новых домов в одиночку.

Значит, нету разлук.
Значит, зря мы просили прощенья
у своих мертвецов.
Значит, нет для зимы возвращенья.
Остается одно:
по земле проходить бестревожно.
Невозможно отстать. Обгонять -- только это возможно.


То, куда мы спешим,
этот ад или райское место,
или попросту мрак,
темнота, это все неизвестно,
дорогая страна,
постоянный предмет воспеванья,
не любовь ли она? Нет, она не имеет названья.

Это -- вечная жизнь:
поразительный мост, неумолчное слово,
проплыванье баржи,
оживленье любви, убиванье былого,
пароходов огни
и сиянье витрин, звон трамваев далеких,
плеск холодной воды возле брюк твоих вечношироких.

Поздравляю себя
с этой ранней находкой, с тобою,
поздравляю себя
с удивительно горькой судьбою,
с этой вечной рекой,
с этим небом в прекрасных осинах,
с описаньем утрат за безмолвной толпой магазинов.

Не жилец этих мест,
не мертвец, а какой-то посредник,
совершенно один,
ты кричишь о себе напоследок:
никого не узнал,
обознался, забыл, обманулся,
слава Богу, зима. Значит, я никуда не вернулся.

Слава Богу, чужой.
Никого я здесь не обвиняю.
Ничего не узнать.
Я иду, тороплюсь, обгоняю.
Как легко мне теперь,
оттого, что ни с кем не расстался.
Слава Богу, что я на земле без отчизны остался.


Поздравляю себя!
Сколько лет проживу, ничего мне не надо.
Сколько лет проживу,
сколько дам на стакан лимонада.
Сколько раз я вернусь --
но уже не вернусь -- словно дом запираю,
сколько дам я за грусть от кирпичной трубы и собачьего лая.





07:20 

lock Доступ к записи ограничен

Lizard Queen
байкер выходного дня
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

00:58 

Черный Шут
шутный чорт
У меня четыре лица. Для тех, кто подходит справа, слева, спереди и сзади. А еще у меня есть пятое лицо. Человеческое. Но я его никому не показываю. Боюсь, порвется. От смеха.

03:25 

история одного королевства

Осенний
В королевстве обычных зеркал давно ничего не происходило. Ни войн, ни народных волнений, ни плохих урожаев. До того скучно стало, что король взялся за отмену собственных указов. Первым делом он убрал все налоги. Организовал благотворительные акции и бесплатные церквушки по всем уголкам своего королевства. Однако же жителям и без того жилось недурно, так что больших перемен щедрые новшества не произвели. Тогда король увеличил количество выходных на неделе, добавил новых праздников и ярмарочных дней. Но и на это реакция у народа оказалась вялой и пассивной. Король пробовал и так, и этак, даже золото из казны даром раздавал... Но всё без толку. Вскоре король и сам позабыл, чего хотел добиться.

Дела в королевстве шли всё лучше и лучше, пока однажды кто-то из ребятишек не попал мячом в главное зеркало на самой главной площади. Да так, что оно не треснуло, не разбилось, а только слегка искривилось. Поначалу никто и не заметил. Стеклодувы продолжали делать зеркала поменьше по образцу главного зеркала и ни о чём не подозревали. А когда все зеркала в королевстве стали кривыми, жители чуть с ума не посходили. Одни до остервенения поправляли причёски, глядя на свои отражения, другие перерисовывали старые картины, третьи учили новые танцевальные движения и забывали старые. Король с ужасом обнаружил, что его любимый метод шифрования секретных документов с помощью зеркала перестал работать. Поля, освещаемые сложной системой зеркал, завяли. Электроэнергия пропала, механизмы, работающие на солнечной энергии, вышли из строя. Электронно-лучевая пушка, в основе которой тоже лежали зеркала, направила свой луч не туда и едва не привела ко взрыву на местной атомной станции. Словом, начался настоящий хаос. Люди похватали мечи и копья, набросились друг на друга и начали воевать. Некоторые даже подались в партизаны и сломали все паровозы.

Очень скоро королевство пришлось переименовать сначала в королевство кривых, а потом и вовсе в королевство разбитых зеркал. И люди в нём жили счастливо до скончания времён. Особенно король: последний раз он так веселился много лет назад, когда в королевство завели большую партию веселящего газа.


Всё на столько спокойно, что даже чего-то хотеть лень.
Сдал вторую курсовую. Ай да я.

@музыка: Antimatter

@настроение: скучно, сонливо

00:48 

лето

Осенний
Смотрю на днях в календарь, а там лето. Самый, что ни есть, пик. Интуитивно я догадывался, что что-то здесь не так, но никак не мог понять, что именно. Отнёс календарь на лестничную клетку и повесил возле мусоропровода. На следующее утро нашёл у лифта курительную трубку и натянутый между перилами гамак. Через пару дней на улице заметно потеплело, а от мусоропровода потянуло морем. По ночам я слышал гавайскую музыку и потрескивание костров. Несколько раз ко мне в окно залетал волейбольный мяч. На двенадцатый этаж. Пьяный соседи то и дело звали на помощь, уверяя, что не умеют плавать. Потом приезжали санитары в купальниках. По утрам меня будила береговая сирена. В магазине начала продаваться преимущественно свежая рыба. Сосед посоветовал заняться глубоководным плаваньем, сказал, что от этого красные кровяные тельца лучше функционируют. А я ему сказал, что красные кровяные тельца – это миф. А он ничего не сказал, потому что был занят надуванием матрасов для всей семьи. Он купил их по дешёвке в новом морском магазинчике, открывшимся прошлой ночью прямиком у нашего подъезда. В конце-концов, мне это надоело, я снял со стены свой календарь и спрятал. С тех пор всё, кроме меня, вновь пошло своим чередом.

А мне никак.

@музыка: Coldplay

@настроение: в дисгармонии

23:30 

валиум клише

Kirmash
такие дела
18:22 

люк

фа
Осенний
Провалился в люк. Темно, холодно, сыро, никого нет. И только я туда провалился, как люк тут же заасфальтировали. Плохой день. Всё началось гораздо раньше, когда я не встал с нужной ноги. Ни с левой не встал, ни с правой - вообще ни с какой не встал. Я проспал. А когда проснулся и посмотрел на часы, боком скатился на пол. Получилась какая-то путаница. Теперь я сижу в люке и всюду опаздываю. Денег нет, планов нет, неотложных дел тоже уже нет. Так что, может быть, люк и к лучшему. Просто сегодня как-то никак. Даже на работе озадачили. Приходится работать, а это немножко не то, чего я ожидал от работы... И чая бесплатного тут нет, надо свой носить.

@музыка: Веня Д'ркин, Kid Loco

@настроение: жесть

21:24 

если честно.

Осенний Дым
Снусмарла Зингер
Давай, я буду звать тебя Лилей.
Тебе ведь не нравится твое из паспорта
имя
<…>
<…тут неважно что написано…>
<…> покупать „пежо“ и перчатки
в тон
<…тут неинтересно…>
<…неразборчиво…> твой любовник
<…>
<…поначеркано чего-то…>
Давай, <…ля-ля-ля…>
<…пробежались глазками по строчкам…>
<…>
Ну или Галой, это неважно.
Влюбленный поэт здесь — я.
<…цитаты из Яшки Казановы…>
<…цитаты из Маяковского…> Маяковский
<…>
Штанину будет греть револьвер
Единственная доступная мне эрекция.

@темы: стихи

13:11 

[56.

меня не помнят.
Хм. После того, как я попытался объяснить мамочке, что люблю человека своего пола, мне заявили, что я пидорас. Потом я сказал мамочке, что я не совсем пидорас, ибо мне нравятся мне люди обоих полов. В ответ на это мне пояснили, что я - блядь. Когда же я попытался опровергнуть это, выдвинув в качестве аргумента то, что я не блядь, ибо люблю только одного человека, она заявила, что я имбецил.
Интересно, это и есть та загадочная женская логика?

01:16 

Осенний
В то время как я развожу апельсины
Всем тем, кому нужны витамины
Я сам утюжу рубашки и брюки
В отглаженном виде дохну со скуки
(с) Ход слона


Есть у меня девушка. Виделись пару раз, однажды даже разговаривали. Как-то мне довелось пожить у неё дома с неделю. Вот это было приключение... Она ничего не ест и не убирает в квартире. У неё по стенам ползают красные муравьи. Вроде, мексиканские, но могу и ошибаться. В квартире не проведен телефон, а телевизор ловит всего 5 каналов. И учится она при этом на учителя белорусского языка. Хотя могла бы играть в оркестре. Но речь не о том. Мне нравилось считать, что это у меня такая девушка дурацкая, а что нравилось ей, я так и не узнал. Мы, видите ли, не разговаривали. Нас поселили вместе на целую неделю, а мы совсем не болтали. Даже в карты не играли, хотя у неё были. Полунаш-полусоседский кот тягал под диван лифчики и носки. Причём, не только наши, попадались там и соседские. По утрам под окном шныряли комбайны и коровы, просили воды и груш пастухи. Надо было предложить ей сердце и руку, а я что-то не подумал... Жил бы сейчас, не тужил.

Всё так и было :)

@музыка: Ход Слона

@настроение: тоска...

23:46 

lock Доступ к записи ограничен

Atum
Бог не ангел.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

00:37 

концептуальное стихотворение про московских каникулярных имо

Осенний Дым
Снусмарла Зингер

14:39 

Осенний
Жила-была покрышка от колеса. Считавшая, что она похожа на солнце, только чёрного цвета. Что-то вроде обратной его стороны, как в песенке Васильева. Всем говорила, что она плохая, дырявая и с очень скверным характером. И что всем надо ужасаться её прошлому. Стерва и дрянь – вот как она сама себя называла. На деле же это была самая обыкновенная покрышка. Её просто выбросили к чёртовой матери за ненадобностью. Покрытие износилось, протектор стёрся, резина крошиться начала. Вырезали немного материала на заплатки, а остальное на помойку отнесли. Отсюда и дыры, и шрамы, и следы от ножниц. Вот и липли к ней все, кому не лень. Потому что те, у кого были настоящие истории, не любили их вспоминать. Ведь тоска в настоящих историях не менее настоящая. «Надо же, какая интересная личность!» – восклицали почерневшие светильники, перегоревшие лампочки и кривоносые чайники. А королева среди одинаково бесполезных вещей хитро щурилась и с интеллигентным шипением добавляла: «А то!» И всё бы ничего, но всякий раз, когда ей дарили засохшие розы, она принимала их за живые.

Вот нравится тебе какой-нибудь человек. И, возможно, ты бы ему тоже понравился, узнай он о твоём существовании более досконально. Но ты – самая скучная вещь на этой планете. Ну, или почти самая. И ладят с тобой только такие же бесполезные предметы. Но странное дело: почти от всего здесь находится польза...


@музыка: Silent Hill Fan Music

@настроение: сумрачно

01:25 

Осенний
Я просыпаюсь в больничных палатах. Я читаю свои старые записи. Смотрю старый шипящий телевизор и пью кофеин без сахара из потрескавшихся глиняных кружек. На обед мне дают овощной суп в металлической посуде, на ужин я радуюсь водянистой гречке без всякого намёка на масло и хлеб. Я сам бинтую себе руки. Сам зашиваю неглубокие порезы. Меняю стиранные в ржавой воде простыни. Колю себе новокаин. Полирую больничкой одеждой столовые приборы. Мою протёршийся до дыр линолеум на полу. Иногда меня выводят на улицу. В старый больничный сад с заросшими плющом дорожками, с обвисшими сухими кустами и горбатыми деревцами. Опухшие запястья связывают за спиной, колени туго обматывают проволокой. Брожу по мокрой листве и смотрю сквозь чугунные прутья покосившихся заборов. На другие больничные корпуса. Из окна своей палаты я вижу другие окна. С крыши открывается вид на точно такие же крыши. Весь мир – это больничные корпуса. Одиночные камеры и разбитые на дозы новокаина дни. Мой личный порядковый номер крепко прирос к коже, от имён здесь давно отучили. Не помню, каково это – жить без телевизора, горького кофе и водянистой гречки.

Череда пустых дней. Лишённых людей и событий. Отстой.

Очередное моё художество.
Хотел нарисовать мельницу.

@музыка: In My Rosary, Тэм

@настроение: сумрачно, скучно

16:31 

Доступ к записи ограничен

Валетта
Счастья нет. Секса нет. Рок-н-ролл умер. Дурь дорогая. Как жить?
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

главная